Кируля Аскалонская (kirulya) wrote,
Кируля Аскалонская
kirulya

Categories:

Смешная девчонка



Посмотрела классический фильм 1968 года. Я его смотрела давно, и в памяти осталась только беременная подушкой Барбра.
Сейчас села смаковать, но с каждой минутой приходила все в большее недоумение.

Судите сами:
В еврейском квартале живет девочка: некрасивая, с кривым носом, тощими ногами и грудью размером в чечевицу, о чем ей не дают забыть "любящие" соседки. Только мать ее поддерживает.
Девочка хочет стать артисткой, чувствует в себе талант, и знает, что у ее 36 выражений лица, которые она просто обязана показать всем. Добивается, показывает и ах, становится находкой года.

И тут появляется Он - красавец, который, ничуть не стесняясь, заявляет, что он игрок в покер. Девочка влюбляется, а он пропадает на год-полтора.
Когда они, наконец, встречаются, он приглашает ее в кабинет, якобы на ужин. Она приходит, и первое, что она видит - кушетку. Врожденная еврейская рассудительность говорит ей, что надо слушаться маму, и что в кабинетах с кушетками обычно соблазняют неопытных девиц. Но гормоны берут свое, а рассудительность отступает.

Неделя новых ощущений: секс, прогулки, омары в таверне. Хотя девушка уже примадонна варьете, она так и осталась по развитию на уровне еврейского квартала. Да и деньги на глупости не тратит, поэтому омаров ела впервые и о страсбурском паштете не слышала. Даже не читала. И тут облом: Он заявляет ей, что в пух и прах проигрался на скачках, и поэтому едет в Европу, чтобы играть на корабле с богатенькими Буратинами в покер и выигрывать.

Тут бы девушке из приличной еврейской семьи взять ноги в руки и бежать куда подальше, так как у него нет ни приличной рабоы, ни желания жениться, да и вообще гой, но она, приняв обыкновенный знак любезности, который он прислал ей в благодарность за неделю секса (цветы и карточку со словами "я текбя люблю") ломает контракт, не едет на гастроли, а мчится на корабль, чтобы плыть в Европу. Ведь у них, в еврейском квартале, если трахаешься, и говоришь, что любишь, то женишься. А иначе как?

Она вваливается к нему в каюту, он, как истинный джентльмен, не подает вида, что это облом, и тут она задает ему главный вопрос: "Ну, когда мы поженимся? Мне не терпится быть замужней дамой, такой же, как соседкина дочь с железными зубами. Да и капитан сойдет за раввина". Уровень еврейского местечка продолжает переть со страшной силой.

Игрок-аристократ, видя, какой у нее фурор на корабле, прикидывает, что не все так уж и плохо, и сообщает ей, что как только он выиграет в покер, то они вот сразу и поженятся. То есть, все равно оставляет за собой лазейку. Но этой дуре не терпится замуж, и она сама, своими глазами, хочет увидеть, как он выигрывает. Поэтому она сидит за покерным столом, жует перчатку, как Саакашвили галстук, и это при том, что он требовал от нее бестрастного лица. И какая она после этого примадонна, если играть не умеет?

В общем, они женятся. Девушка из еврейского квартала вошла в аристократическую семью. И чему она рада? Что теперь ее будут уважать горничные и портье в гостиницах. Она становится примерной женой и матерью, он поигрывает в покер, чаще всего выигрывает, тишь да гладь.

Но она же актриса! И вновь возвращается на сцену. Работает много, у нее первые роли, начинает стабильно зарабатывать кучу денег, а ее муж все чаще и чаще проигрывает в карты. И злится на жену, что она зарабатывает больше. И она вместо того, чтобы объяснить ему, что ее заработки - это страховка того уровня жизни, к которому они привыкли, начинает что-то блеять на тему "если тебе не нравится, дорогой, что я много зарабатываю, может быть, я брошу сцену".

Она совершает достойный поступок: вкладывает 50 тысяч в новое казино при условии, что ее муж будет там управляющим, и будет получать зарплату. Но муж, узнав, что она сделала, в гневе отказывается, теша свое мужское эго, и только чтобы дотянуться до нее по уровню доходов, раздает налево и направо фальшивые расписки. Как итог, его ловят и сажают.

Она честно ждет, когда он выйдет из тюрьмы, и говорит директору варьете: "Если мой муж скажет, что мне надо уйти из театра, вы меня понимаете". И директор понимает! Он ведь тоже мужчина. Но муж не говорит, чтобы она ушла из театра, муж хочет, чтобы она ушла от него. Он предлагает развод, ибо ему, аристократу, уже обрыдла девушка из еврейского квартала, с жизненными приоритетами ее матушки и соседок.

Финал картины: она истово поет на сцене, из глаз льются слезы: "Я никогда не покину тебя, ведь ты мой муууууж!" Ария репня на собачем хвосте.

Я не разочарована в Барбре Стрейзанд, у нее шикарный голос и отличный комический дар. Я в оторопи от идеологии "баба - часть человек, если она не замужем", которая 40 лет назад проповедовалась столь талантливо. Я уж не говорю о том, что зарабатывать больше мужа - это вообще смертный грех, от которого нужно немедленно очиститься.

Изменилось ли что-нибудь сейчас?
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 39 comments