September 3rd, 2007

по умолчанию

И еще о Нацстрахе - 2

Начало тут
К письму была приложена фотография голубоглазого блондина с длинными волосами. Ничего себе блондин, хотя я предпочитаю брюнетов. Парень жил на севере Израиля, у матери, которую прилетел навестить.
А тут Новый год на носу. Я, вспомнив, что мужчина нужен женщине, по меньшей мере, раз в году, чтобы открыть бутылку шампанского под бой курантов, пригласила его отпраздновать у меня. Согласитесь, что даже если женщина не любит шампанское (вроде меня), самой открывать бутылку – моветон.
Неожиданно позвонил бывший муж. В его голосе чувствовалось некоторое смущение, мол, Новый год, я одна, с детьми, позабыта, позаброшена, и он, как честный человек… Но что он мог поделать? Ведь новая подруга ждала его с неоткрытой бутылкой шампанского.
Прервав его сбивчивые поздравления, я восторженно сообщила ему, что познакомилась с Австралийцем (вот так, с большой буквы), и что он приедет сегодня ко мне праздновать. И если муж хочет, он может присоединиться к нам, мы будем рады.
Ревнивец согласился на удивление быстро. Собрался и пришел вечером, держа в руках подарок. Там оказались отличные джинсы. Я примерила – они сидели на мне, как влитые. Все же, у моего бывшего есть вкус.
Вдруг позвонил австралиец и сказал, что задерживается. Я забеспокоилась. Новый год на носу, а он может опоздать. Оказалось, что он пошел в контору по прокату автомобилей, чтобы взять машину и приехать ко мне, а там ему отказали по двум причинам: первая – это то, что в Австралии левостороннее движение, а второе – то, что он едет праздновать, еще напьется, не совладает с нашим правосторонним движением, разобьет машину и покалечится. Заботливые. И поэтому он едет ко мне на перекладных, то есть на общественном транспорте.
Представляете себе ситуацию? У меня дома за накрытым столом сидит бывший муж и с нетерпением ждет будущего любовника своей бывшей жены. При этом его у себя дома ожидает настоящая любовница с закупоренной бутылкой шампанского, а он все не идет. Мой телефон ей известен, ведь она сюда не раз звонила в мое отсутствие, но позвонить она не может, а сотовых телефонов пока нет ни у кого. Муж тоже не звонит сообщить, что задерживается, иначе ему устроят скандал с приказом немедленно прибыть к накрытому столу. Австралиец едет в предвкушении, не зная, что у меня сидит бывший муж. И лишь я одна довольна, как сытый удав.
Приехал австралиец, вручил подарок. Это оказался симпатичный джинсовый жилет, точь-в-точь того же оттенка, что и джинсы. Словно сговорились. Австралиец не подал виду, что удивился, увидев у меня мужчину, они перебросились с мужем парой слов, и муж быстро откланялся.
Я объяснила гостю, что когда женщина в Израиле знакомится с мужчиной, она должна получить формальное одобрение родственника. Как бы чего не вышло. А бывший муж, в отсутствие других кровных родственников, считается самым близким мужчиной, несущим ответственность. Короче, отбрехалась.
Австралиец оказался интересным человеком. Он в юном возрасте приехал с родителями из Львова в Израиль, здесь родители развелись, отец забрал сына и переехал с ним в Австралию. Иногда сын приезжает навестить мать.
Работает он в системе "Клаб-отель" гидом, знает несколько языков, в том числе корейский, ездит по всему миру, сопровождает туристов из одного "Клаб-отеля" в другой, преимущественно корейцев. А сейчас вот гостит у мамы, но скоро собирается в Японию. И даже предложил мне съездить с ним в Японию.
Но какая Япония? У меня двое маленьких детей, куда я с ними в Японию? И на какие шиши? Разве что гейшей.
Кстати, эту идею о Японии я описала Аркану Кариву и он посвятил мне одну главу в своей книге "Слово за слово". Но это в сторону.
А потом австралиец пропал. Я очень переживала, и даже дети успели к нему привязаться – он с ними играл. Что делать? Телефона его мамы я не знаю. Знаю, что австралиец и что работает в "Клаб-отеле". Интернета нет, компьютера нет. Пропал человек, и нет его.
У меня был сосед дядя Изя, которого постоянные читатели моего журнала знают, как главное действующее лицо рассказа "Развод по-иерусалимски". У дяди Изи есть дочка, у нее бывший муж жил в Австралии, и она собралась переезжать к нему. И когда она уже купила билет, я попросила ее найти в Австралии человека, о котором я только и знала, что имя и фамилию.
Она взяла записку и улетела на зеленый континент.
Я уже забыла об этой просьбе, когда вдруг у меня зазвонил телефон и радостный голос произнес:
- Кирулька, дорогая! Я так рад! Меня нашла твоя подруга. Она позвонила и дала твой телефон! И я звоню сообщить тебе, что немедленно беру билет и лечу к тебе!!!
- Что случилось? Почему ты пропал? – спросила я.
- Меня обворовали в Индии, украли сумку, а в ней была записная книжка с твоими данными. А теперь все восстановлено, я по тебе скучаю и лечу. Я уже купил билет – 900 долларов.
И я стала ждать.

Да что это такое, все до Нацстраха не доберусь. Ладно, в следующий раз.

окончание
58 лет

Новый словарь

Отвечая на деловой звонок, говорить "Чё", "Да" и " Какого хрена" стало старомодно. В словаре интеллигентного человека есть нужное слово: "Внемлю".
Если неологизм с перепугу забылся, можно заменить фразой: " Кому я понадобился?", произнесенной со МХАТовским драматизмом.

Collapse )
по умолчанию

И еще о Нацстрахе - 3

Начало
Продолжение

Я стала ждать.
И дождалась. Австралиец появился на пороге моей квартиры ранним утром с огромной сумкой, облепленной иноземными наклейками. Сумку он бросил прямо посредине столовой и стал доставать оттуда диковинные подарки – бамбуковые веера из Таиланда, резные шкатулки, бумеранг, конфеты из Дьюти фри. Старшенький получил майку с поющей Мадонной, а младший – лошадку с натуральным хвостом. Ребенок мечтательно протянул: «Сясяська!» и отправился играть.
Я понимаю сейчас, что подарки были недорогие, но меня пьянил сам факт: человек, не задумываясь, прилетел в Израиль только, чтобы увидеть меня! Я была счастлива!
Потом мы вчетвером гуляли по окрестностям, разговаривали, фотографировались. Дети носились, а австралиец рассказывал о тихой спокойной стране, о своих странствиях, о смешных корейцах, о пустой квартире в Сиднее, о том, что отец умер и его никто не ждет, когда он возвращается домой. Поэтому он и выбрал себе такую профессию.
Вернулись мы домой поздно. У меня не было сил убрать неподъемную сумку – она так и осталась в центре квартиры. Поужинали и… Ночь любви я стыдливо опускаю. Она была такая же замечательная, как у каждого, кто влюблен. Мы строили планы, и у меня захватывало дух от будущих резких перемен в моей жизни.
Наутро я проснулась первой и отправилась на кухню приготовить завтрак. Решив, что он еще не скоро проснется, так как мы заснули только на рассвете, я тихонько открыла дверь и отправилась по магазинам купить что-нибудь вкусненькое к завтраку. Дверь я решила не закрывать, дабы не разбудить скрежетом замка крепко спящих.
Отсутствовала я не более получаса. Когда я вернулась домой, то моему взору предстала удивительная картина: злой, рассерженный гость пихал в сумку свои вещи. Увидев меня, он произнес:
- Я ни минуты не останусь у тебя!
- Что случилось?
И он рассказал…
Оказывается, в дверь постучали, он услышал стук, и вышел в гостиную в чем мать родила. В комнате стоял незнакомый мужик с блокнотом.
- Я – контролер Нацстраха, - сказал он. – Я пришел проверить хозяйку дома на предмет, не живет ли она с мужчиной.
Судя по внешнему виду австралийца, контролеру стало все ясно: с кем живет хозяйка, и мужчина ли тот, с кем она… ну и так далее.
Поэтому расспрашивать ничего не стал, чиркнул в блокнотике и ретировался. Только его и видели.
- Я давно не испытывал подобного унижения! – воскликнул австралиец. – Почему ты не закрыла дверь? Почему меня ловят в твоей постели? Почему я должен это терпеть?! Я немедленно уезжаю к маме!
Он собрал сумку и больше я его в жизни не видела. Увы.
Но на этом мои злоключения не кончились.
Через неделю я получила заказное письмо. В нем говорилось, что в связи с тем, что я живу с мужчиной, мне отказано в пособии, как неполной семье, и Нацстрах снимает с себя всякие обязательства. Получите и распишитесь.
Я тогда еще не была писательницей, сотрудницей министерства, графиком-дизайнером, переводчиком и преподавателем иврита. Все это было потом. А пока я отчаянно нуждалась в этих деньгах, которые платил Нацстрах. Я не спала ночами, думала, как заплатить за квартиру. Я каждый день мыла чужие дома, стирая руки. Я покупала индюшиные крылья, по полтора доллара за килограмм, варила из них суп, потом отделяла вареное мясо, обжаривала его и мешала с макаронами. На рынок я ходила к закрытию и тащила полные кульки дешевых фруктов. А еще зубрила иврит, отмечалась на бирже труда, хотя Нацстрах вычеркнул меня из списков, и читала объявления о работе.
И однажды сотрудник биржи по имени Михаэль, дай бог ему крепкого здоровья, долгих лет жизни и нахес от детей, дал мне направление в министерство. Он предупредил, что посылает туда много кандидаток, но, может быть, мне повезет. Я прошла собеседование, восьмичасовой психометрический тест и меня, единственную из 22-х кандидаток, приняли на работу в государственную контору. А это означало твердую зарплату, бонусы, социальный пакет и веру в то, что все теперь будет хорошо.
А на работе я рассказала эту историю волонтерке-пенсионерке по имени Шифра. Она сказала:
- Нацстрах лишает женщин пособия не за то, что они живут с мужчинами, а за то, что мужчины их содержат. Давай, я помогу написать тебе письмо, ты объяснишь, что этот парень – иностранец, который переночевал у тебя одну ночь и уехал, и что он тебя не содержит. Думаю, что тебе вернут деньги.
И, представьте себе, мне вернули пособие за несколько месяцев. На эти деньги я купила первый в своей жизни компьютер. У него был 486 процессор, два дисковода разной ширины и целых 4 мегабайта оперативной памяти! И я стала учиться обращаться с компьютером, потом поступила на курсы графики, потом начала писать книги, потом подключилась к интернету, потом завела ЖЖ.
Интересно, было бы это все, если бы тогда, словно демон-разрушитель, не вошел в мою квартиру контролер из Нацстраха?

А это я в тех самых джинсах и жилетке. Фото австралийца.