Кируля Аскалонская (kirulya) wrote,
Кируля Аскалонская
kirulya

Categories:

Как я побывала в "нехорошей квартире"


Моя подруга n_nina предложила мне:
- Хочешь пойти в нехорошую квартиру?
Поначалу я удивилась, что это за квартира такая, и чем там занимаются, но потом вспомнила. Я же девушка начитанная.


В дом №10 на улице Большой Садовой, послужившей прообразом "нехорошей квартиры", Нина не пошла. "Иди сама, я уже там была и все видела, - сказала она. - Я лучше покурю на улице".

Я вошла и увидела старинное парадное. Справа висела табличка "Нотариальные акты и заверения", выше трое подростков в шапочках говорили о чем-то непонятном. Вроде по-русски, но слова были какие-то инфернальные. Один юноша говорил двум другим:
- Когда придет, сам поймешь...
Постаравшись сделать вид, что меня это совершенно не интересует, я стала медленно подниматься по лестнице.









Медленно, потому что я читала надписи на стенках.
Я сделала большие фото, так что если интересуетесь, кликайте.

Дверь в квартиру была незаперта, я толкнула и вошла в полумрак коридора.
На стене было написано: "Осмотр - 50 рублей".
Заглянул в первую комнату, я увидела, что кто-то сидит за большим массивным столом, но против света мне не было видно.
- Здравствуйте, - сказала я. - Я пришла квартиру посмотреть.
Сказала, и самой смешно стало. Выглядело это так, будто я та самая странница, которая "со Пскова, пришла собачку говорящую посмотреть".
- Ой, - сказала дама. - Надо же! Ну, смотрите.
- А 50 рублей куда?
- Аннушке на масло, - ответила она.
Я оглянулась и увидела большую бутыль, на дне которой лежали купюры. Сложив трубочкой 50 рублей, я просунула их в горлышко, и пошла по коридору. Никто даже не поинтересовался, положила я деньги или нет.
- Идите в последнюю комнату! - донесся до меня голос вальяжной дамы. - Там экскурсовод!
Но я решила посмотреть сама.


Это коммунальная кухня. У каждой семьи свой примус, а на стенке висят "Правила распорядка в общежитии", датированные 1924 годом.


Шлем и геликон пожарного-топорника, кума кухарки профессора Преображенского.


Интерьер квартиры напомнил мне дом моей бабушки. Те же диваны, обитые полосатым тиком, резной шкаф и горка посуды.


Плюшевая скатерть и тяжелые драпри.

В другой комнате были выложены вещи той эпохи, а на мониторах показывали фильм "Собачье сердце".
Стояла полная тишина. В дебрях квартиры где-то затерялся экскурсовод. И кому он рассказывал, если я была в квартире одна-единственная?

Посмотрев, я направилась к выходу, и только дотронулась до входной двери, как услышала голоса. Могу поклясться, что за минуту до этого в квартире никого не было!
Я заглянула в комнату - в ней стоял экскурсовод и стайка подростков. Он рассказывал о доме, в котором мы находились.
За спиной у меня материализовалась Нина. Мы стояли и слушали.
- Здесь жили Сергей Есенин и Айседора Дункан. Айседора знала по-русски два предложения: "Малшик, водки"" и "Малшик, шампанского!", и если бы ей захотелось воды, то попросить она бы не смогла - она не знала слова "вода" по-русски.
Дети не отреагировали.
- Так... - сказал экскурсовод. - Кто-нибудь в этой комнате знает, кто такая Айседора Дункан?
Мы с Ниной индиферентно разглядывали потолок.
- Нет, я не спрашиваю вас, дамы, - обратился он к нам. - Уж вы-то знаете. Но вот дети...
Мы поняли, что сейчас начнется ликбез и вышли из квартиры.


Снова прошли мимо граффити, где было написано "бегемот - ты лучший", а потом зашли в помещение, где торгуют разными безделушками "от Булгакова".


В центре сидел мэтр в окружении ножной машинки "Зингер", пишмашинки "Ундервуд", а перед ним стояла тумба с прорезью. На тумбе было написано "Почта любви". Я заглянула в прорезь - внутри уже не было места.
Писать туда я не стала, если что, я и в Стену Плача не пишу.


Это витрина с разными сувенирами: миниатюрными книгами Булгакова, портретами Маргариты и глиняными отпечатками лапы кота Бегемота.


Тут можно было посидеть, почитать и выпить чашечку кофе.


В другой комнате что-то рисовала девушка. На столе разлегся огромный котяра. Прообраз.


В одной из витрин я увидела эту книгу.
Я подозвала смотрительницу музея и спросила:
- Вы знаете, что тут написано?
- Нет, - ответила она. - Это книга одной из наших сотрудниц, она принесла и поставила.
Я рассказала ей, что это перевод на иврит, который сделал переводчик Петр Криксунов. Что я читала и старый перевод под названием "Сатана в Москве", но этот лучше. И что самое интересное в книге - это примечания переводчика, который объясняет израильтянам, что такое нарзанная вода и Соловки. Смотрительница этого всего не знала.
Вот у меня всегда так: то в синагоге лекцию прочту, теперь в музее разговорилась.


В конце нашей экскурсии я попросила Нину меня сфотографировать. Это чтобы вы не сомневались, что я там была.
Tags: Москва
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 36 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →