Цыганка
Вчера после встречи идеи мы втроём: Ira Veinard, Лариса Шаповал и я мимо ресторана "Мандариновый гусь". Идем и хохочем. И вдруг нас останавливает цыганка. Она стоит у входа в ресторан, курит и скучает.
Что она наговорила моим подругам, это пусть они сами расскажут. Я, обнаружив, что их нет, обернулась, и встретилась с цыганкиным немигающим взглядом.
- У тебя завистников много, - обратилась она ко мне, словно продолжила разговор. - Сердце доброе, никому отказать не можешь, вот потому и страдаешь от этого. А ну сожми кулаки, я посмотрю, сколько у тебя детей. Один или два...
- Семеро, - ответила я, глядя ей прямо в лицо и продолжая хохотать. - От двух мужей. Никому не могла отказать, вот и страдаю. А нитку мне не надо, я сама кому угодно нитку повяжу, настоящую, из Иерусалима. Хочешь, тебе повяжу?
Цыганка мне не поверила. Мои спутницы уже смеялись в голос. Наверное, мы со стороны производили впечатление подвыпивших девиц.
- Закрой глаза и вытяни руки, - громко и серьезно сказала я, и цыганка подчинилась. Я вытащила из кармана две красные ниточки в упаковке, и положила их ей на ладонь.
Она сжала их и потребовала, обращаясь к Ире и Ларисе:
- Позолотите ручку, девушки, я же вам гадала.
- А чего ты ее не просишь?
- Она уже расплатилась, - торжественно ответила цыганка.
Что она наговорила моим подругам, это пусть они сами расскажут. Я, обнаружив, что их нет, обернулась, и встретилась с цыганкиным немигающим взглядом.
- У тебя завистников много, - обратилась она ко мне, словно продолжила разговор. - Сердце доброе, никому отказать не можешь, вот потому и страдаешь от этого. А ну сожми кулаки, я посмотрю, сколько у тебя детей. Один или два...
- Семеро, - ответила я, глядя ей прямо в лицо и продолжая хохотать. - От двух мужей. Никому не могла отказать, вот и страдаю. А нитку мне не надо, я сама кому угодно нитку повяжу, настоящую, из Иерусалима. Хочешь, тебе повяжу?
Цыганка мне не поверила. Мои спутницы уже смеялись в голос. Наверное, мы со стороны производили впечатление подвыпивших девиц.
- Закрой глаза и вытяни руки, - громко и серьезно сказала я, и цыганка подчинилась. Я вытащила из кармана две красные ниточки в упаковке, и положила их ей на ладонь.
Она сжала их и потребовала, обращаясь к Ире и Ларисе:
- Позолотите ручку, девушки, я же вам гадала.
- А чего ты ее не просишь?
- Она уже расплатилась, - торжественно ответила цыганка.